Арт-салон клуба ЛИИМ 

ПОИСК ПО САЙТУ

 

АРТ-САЛОН

Художники:

Отечественные

Зарубежные

Скульпторы

Книга отзывов

Контакты

ПРОЕКТЫ ЛИИМ:

Клуб ЛИИМ

Лит-салон

ЛИИМиздат

Муз-салон

Конференц-зал

ПРИСТРОЙКИ:

Словарь античности

Сеть рефератов

Книжный магазин

Фильмы на DVD

Дейнека Александр Александрович

Глава четвёртая (1 2 3 4 5)

Период Великой Отечественной войны

Москва военная. Поездка на фронт. Становление новой поэтики. От фронтовых зарисовок к "Обороне Севастополя". Выразитель трагической правды жизни. Серия акварелей "Берлин. 1945"

15 февраля 1942 года вместе со своим другом художником Г. Г. Нисским Дейнека мчался на попутной машине к передовой линии фронта, обгоняя боевую технику и маршевые роты пехоты, спешившие на помощь наступающей армии. Они ехали по земле, только что освобожденной от врага: повсюду виднелись следы минувших сражений, глубокие шрамы траншей, зияющие чернотой воронки от бомб и снарядов, то и дело попадались брошенные орудия, разбитые танки, груды искореженного металла вперемешку с обрывками телеграфных проводов и колючей проволоки. По старой привычке художник рисовал на ходу быстрыми меткими штрихами, схватывая лишь главные контуры внезапно возникавших и тут же исчезавших поразительных явлений. «А потом,— вспоминал Дейнека,— сквозь вьюгу, снег, который сечет лицо и рвет с плеч плащ-палатки, мчался танк с людьми на нем, в масле, копоти, обледенелыми, с обожженными морозом лицами и заснеженными бровями и ресницами. Это был Микеланджело, барочное буйство человека и природы. Длинный ствол рассекал воздух и стремился вперед. В стороне, на обочине, из снега выступали кверху руки с белыми ногтями и сбитыми клочьями кожи».

Во время коротких остановок машины художник как бы по горячему следу от только что виденного делал в путевом альбоме более подробные рисунки, иногда с лаконичными аннотациями на обратной стороне листа. Весь его путь от Москвы до места боевых действий под Юхновом прослежен в карандашных набросках, вероятно, не очень законченных и отделанных, но предельно искренних, отмеченных неповторимой печатью времени, приближенных к реальному ходу событий всем своим духом и манерой исполнения. Дейнека не собирался их выставлять не только из-за отсутствия «товарного вида», но и опасаясь, что их содержание может показаться чересчур резким, лишенным эстетической дистанции. Наблюдаемое наяву иногда походило на жуткое сновидение, не вмещавшееся в параметры нормального восприятия и при всей своей осязаемой данности как бы находившееся за гранью разумно допустимого. Далеко не все проходившие перед глазами сюжеты художник решается изображать, чувствуя их несовместимость с принципом эстетического выбора материала. Но и то, что художник посчитал необходимым запечатлеть, передает военную быль с неприкрашенной откровенностью и верностью трагической правде событий. Возможно, изображенные сцены оставляют мало места для любования, но они, несомненно, приносят глубокое удовлетворение своим нравственным пафосом.

Довольно часто в рисунках Дейнеки фигурирует мотив фронтовой дороги. Один из альбомов открывается рисунком «На Мятлевском направлении». Точными скупыми линиями намечена панорама пустынной местности, кое-где оживляемой одинокими деревьями с искривленными стволами и словно опаленными голыми сучьями. Тягостное оцепенение еще не пришедшей в себя природы нарушается динамичной извилистой лентой шоссе, по которому нескончаемым потоком движутся на запад военные грузовики. В нарастающем ритме военных машин как бы сконцентрирована энергия мощного наступательного порыва.

С душевной болью и глубоким сочувствием чужой беде Дейнека рисует пепелища сожженных деревень и оставшихся без крова беженцев, замерзшие тела погибших людей и животных, разбитые станции, взорванные железнодорожные составы и разрушенные коммуникации. Ряд выразительнейших набросков сделан им на поле боя, во время или сразу после прорыва вражеских укреплений. Не упуская из вида главной цели своей поездки на фронт — запастись впечатлениями, призванными насытить композицию будущего батального полотна весомой жизненной плотью, художник изучает натуру целенаправленно, изображает видимые явления с отбором и пластическим заострением главного, самого типического и характерного. Его в особенности интересует мотив атаки в стремительном развитии и внезапной остановке, а также конструкция движущейся модели в зависимости от различных точек зрения, ракурсов и конкретной фазы атакующего броска. На основе целой серии зарисовок выводилась итоговая формула движения фигуры, содержащая максимум динамической выразительности. Так, разрабатывая образ смертельно раненного бойца, художник находит чрезвычайно емкий миг движения фигуры, поступательный бег которой еще не исчерпан, но безжизненное тело, продолжающее двигаться по инерции, уже полно признаков неизбежного падения. Нетрудно установить прямую связь между фронтовыми графическими штудиями художника и характеристикой персонажей в «Обороне Севастополя».

Отметим при этом, что даже красноречивая поза поверженного «завоевателя» на первом плане картины как бы синтезирована из множества реальных наблюдений и натурных зарисовок с убитых фашистов.

Вместе с тем немалое число рисунков Дейнеки, привезенных с фронта, имеет значение вполне самостоятельных произведений, обладает непреходящей ценностью художественного документа, заключающего живую правду грозной эпохи. К ним относится великолепный лист «После атаки под Юхновом». Несомненно, виденная автором в действительности представленная ситуация обрисована с беспощадным реализмом и чувством искреннего сострадания. Она звучит как реквием бойцам, павшим за будущее Родины. Несмотря на трагическую развязку сцена не кажется безысходной, а тем более застывшей и неизменной. Хотя выбранный момент указывает на фактическую остановку действия, композиция рисунка полна сильного двигательного беспокойства, пронизана энергичными ритмами форм и линий. Смерть настигла солдат внезапно, в быстром движении. И фигуры погибших еще продолжают сохранять динамическую инерцию этого мощного натиска, излучают непокорную гневную силу, устремленную на врага.

Сама графическая манера рисунков Дейнеки заряжена драматической экспрессией, служит проводником подлинных настроений грозной эпохи. Художник работает сангиной, углем, мягкими карандашами, извлекая из каждого материала качества, верно характеризующие состояние взятого мотива, отвечающие органическому строю авторских чувств и представлений.

Точно положенными штрихами и линиями он прокладывает путь ответным реакциям зрителя, мобилизует его фантазию на домысливание опущенных частей представленной ситуации, побуждает сознание к активной психологической работе. Художник не старается заполнить плоскость листа целиком, соотносит формы посредством значительных по площади зон свободного, ничем не занятого пространства, тем не менее наделенного выразительным смыслом, часто опосредующего признаки физической реальности. Так, в рисунке «В родные места» изобразительное поле остается почти нетронутым, пейзажная среда намечена немногими деталями и штрихами, вызывающими явственное ощущение заснеженной земли, скорбного безмолвия, воцарившегося в природе после жестоких боев. С настроением пейзажа перекликается состояние устало бредущей по дороге женщины-беженки, возвращающейся в родные места. Суровость переданной обстановки подчеркивают характерные детали: мертвая громадина танка, ничком уткнувшиеся в снег тела убитых немцев. Их позы словно взывают к милосердию, олицетворяют горькое прозрение и раскаяние. В других рисунках Дейнеки звучит тема справедливого возмездия, неотвратимой кары за преступления захватчиков на советской земле.

Глава четвёртая (1 2 3 4 5)

По материалам: Сысоев В. П. Александр Дейнека. Монография. -М.: Изобразительное искусство, 1989. -328 с., ил.

На страницу художника

К списку отечественных художников

На главную

© Клуб ЛИИМ Корнея Композиторова, Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
since 2006. Москва. Все права защищены.